Должен(на) ли я сам(а) рассказать о своей проблеме

Должен ли я рассказать о своих болезнях и о лекарствах, которые принимаю?

Всё, что способно всерьёз повлиять на отношения, раскрывают до завершения шидуха — даже если болезнь полностью контролируется лекарствами; это касается и препаратов при душевных трудностях, тем более с побочными эффектами. Средство для концентрации в учёбе или контролируемое давление раскрывать не нужно. Когда и какими словами говорить — решают с равом, а человек, аккуратно принимающий назначенное лечение, здоровее, а не наоборот.

На каком этапе раскрывать скрытый изъян или болезнь — и как это сделать, не разрушив шидух?

Не перед первой встречей, а когда дело всерьёз пошло к завершению; и раскрытие можно устроить так, что оно шидух не сломает.

Как понять, о чём обязательно надо сказать до шидуха, а о чём нет?

Мерка простая — если позже это ранит и пробьёт доверие, говорить надо заранее; в список существенного попадают характер, скромность, религиозность и здоровье.

Обязан ли человек сам сообщить, что лечится, и на каком этапе?

Сказать нужно — лично или через второе лицо, — а вот о сроке и словах источники расходятся.

Когда именно сообщать о своём недостатке — сразу или позже?

важно не только что сказано, но и когда: часть сведений разрешено и даже правильно придержать до после первой встречи, но решает это рав.

Надо ли рассказывать другой стороне о своём прошлом — давнем некрасивом поступке или жизни до тшувы?

Прошлое, которое ничего не говорит о сегодняшнем человеке, раскрывать не обязаны; вернувшемуся к соблюдению достаточно сказать, что раньше он не соблюдал.

Что о себе обязательно раскрыть второй стороне, а о чём можно промолчать?

Раскрывают то, что реально мешает быть супругом и родителем — серьёзные физические, психологические и психиатрические состояния, наследственные болезни, свои психологические трудности — даже без вопроса, спокойно и когда отношения становятся серьёзными; скрывать серьёзную болезнь запрещено, а в сомнении спрашивают рава. Обычные спады и раздражительность к этому не относятся, и то, что лишь воспринимается как изъян, можно не раскрывать, — но в медицине довод «это незначительно» опасен: обнаруженная позже тайна разрушает доверие.

Чем кончается сокрытие правды до свадьбы?

Разводом, потерянным для лечения временем и разрушенным доверием — и всё это ложится не только на скрывших, но и на того, ради кого скрывали.

Где граница — ведь нельзя рассказать друг другу вообще всё?

Мелочи и вкусы раскрывать не обязаны, а вот лгать нельзя никогда; между этими краями — серая зона, где решают по конкретным людям.

Стоит ли рассказывать шадхану неудобные факты о себе — развод родителей, болезнь в семье, прошлое?

То, что и так выяснится без всякого расследования, лучше сказать самому — иначе шадхан окажется в неловком положении, а факт прозвучит хуже, чем он есть.