Если у меня есть болезнь, когда о ней сказать — заранее, на встречах или через шадхана, или можно постепенно после свадьбы?разные подходы
одна женщина рассказала мужу постепенно уже после свадьбы и считает, что это было возможно, но рискованно; другая настаивает, что при лекарствах и регулярных проверках говорить надо до помолвки.
Она пишет, что, по обычаю их круга, с женихом до свадьбы не разговаривала, а о колите ей сказали можно не говорить — он распространён и на повседневную жизнь почти не влияет. Калла-учительница посоветовала поднять тему через пару недель после свадьбы; она решилась через пять, и всё это время ей было тяжело, что она скрывает. В спокойный Шаббат вне дома она между делом сказала, что от такой еды у неё расстраивается желудок и есть лекарство; позже назвала диагноз, ещё через полгода рассказала о плановых проверках в больнице — муж по мягкости характера всё принял спокойно. Сама она не советует повторять её путь и называет его очень рискованным: если уж делиться после свадьбы, то постепенно и буднично, а не объявлением наутро после шева брахот. И это возможно, добавляет она, только если состояние действительно незначительно.
«так можно поступать, только если состояние действительно незначительно… иначе о нём надо сказать до шидуха»
Она считает подход «рассказать потихоньку» очень опасным. Если болезнь и правда так легка, как сезонная аллергия, её нетрудно упомянуть мимоходом; но раз нужны лекарства и периодические проверки в больнице, всё уже не так просто. Если состояние действительно мелкое, спрашивает она, почему не обсудить его до помолвки — хотя бы на третьей встрече, в тот самый «момент истины», когда обычно и советуют делиться подобным; а там, где не встречаются, почему родители не могли через шадхана сообщить будущим сватам о состоянии и его тяжести заранее, дав им поговорить с врачом или с равом. Её тревожит и то, каково будет молодому человеку узнать, что сваты в ярости, и что после этого станет с доверием пары.
«почему было не обсудить это до помолвки — скажем, на третьей встрече, в „момент истины»