Стоит ли терпеть публичное унижение ради того, чтобы жених засмеялся?
рассказ о Виленском Гаоне показывает, что он счёл это стоящим — и молчал, пока над ним смеялись, потому что смеялся и жених.
В добровольном изгнании он пришёл инкогнито на свадьбу в маленьком городке и сел в секции для бедняков. Со стола пропала ценная вещь, и подозрение пало на чужака: от него требовали вернуть украденное, тащили за руку к столу жениха, усадили на виду у всех и кричали на него. Он молчал. Заметив, что жених тоже смеётся, он потом объяснил: он был готов вынести это унижение — лишь бы жених был счастлив. (Историю рассказывал рав Шалом Швадрон.)
«он был готов вынести это унижение — лишь бы жених был счастлив»