Мне отказали, и это невыносимо больно. Что делать прямо сейчас?

боль реальна, особенно если человек по-настоящему нравился и с ним уже связывались мечты о будущем; отрицание, гнев, шок, одиночество, вина, страх остаться одному сменяют друг друга — это нормально. Она предлагает шесть шагов: принять свои чувства и не гнать их; вернуть себе те части себя, которыми жертвуешь в отношениях; увидеть в отказе не приговор, а перенаправление; снять розовые очки и трезво вспомнить, почему всё-таки не сложилось; не прятаться от жизни — одна её клиентка устроила себе «саббатикал от жизни» и через неделю сама поняла, что хандра не помогает, заставила себя гулять и видеться с подругой и понемногу ожила; и держать перспективу — задача не в том, чтобы не проигрывать, а в том, чтобы держать курс после проигрыша.

«Горе — гость, а не жилец»

он предлагает не отворачиваться от Всевышнего в этот момент, а опереться на Него. Даже кровь от ушибленного пальца, говорит Гмара, поднимается как приношение, а душевная боль несравнимо сильнее телесной — тем более когда позади множество молитв, оставшихся без ответа. По его словам, отказ или тишина в телефоне — как раз то время, когда выученное об эмуне становится не теорией, а практикой.

«Душевная боль намного сильнее телесной»

ему было двадцать три, и девушка ушла после свидания, которое казалось ему отличным, когда он мысленно был уже у хупы. Он плакал — и одновременно вспоминал то, что четыре года учил каждый день: что Всевышний любит его больше, чем он способен вообразить. Он вслух поблагодарил за само испытание. Боль уходила долго, но чувство защищённости он потом назвал спасительным.

«Спасибо Тебе, Ашем, за это испытание. Верю, что Ты знаешь, что для меня лучше»