Говорят, что осязание низменно, а близость скрывают из стыда. Так ли это?
источники отвечают, что дело обстоит ровно наоборот: уединённость близости — знак её святости, а не стыда.
Он пишет, что союз, исполненный как должно, свят и чист: будь он позорен, как мог бы Всевышний быть в него включён? Когда союз совершается ради Небес и подобающим образом, нет действия более святого. А то, что философы пишут, будто осязание позорно, — они говорят о самих себе: возможность дурного употребления есть тогда, когда размножаются ради одного телесного ощущения, как слепой на ощупь и как звери лесные. И то, что это делается уединённо и скромно, происходит именно из-за великой святости.
«Нет действия более святого, чем оно»
Он делает из этих слов вывод: потребность в скромности есть выражение великой святости близости, а не её низости. Это ещё одно проявление правильного понимания кдуши, по которому каждая часть творения может найти своё верное выражение и присоединиться к единству творения.
«Потребность в скромности — это выражение великой святости их близости»