Почему одно и то же влечение может и освятить человека, и растлить?
Нравственное направление и границы определяют, чему служит одна и та же человеческая сила.
Он противопоставляет близость в правильных рамках её разрушительному употреблению. Само наличие желания ещё не определяет нравственного качества поступка.
«Нет ничего лучше супружеских отношений в правильных рамках»
Он связывает доброе применение сил человека с целью, которую задаёт Тора, и с установленными ею границами. Человек способен рассуждать и выбирать, поэтому удовольствие тоже должно оставаться свободным нравственным действием. Отказ от этого руководства он описывает как утрату собственно человеческого достоинства.
«Чувственное наслаждение для человека должно быть нравственным, свободным актом»