Прошло столько лет, и ничего не вышло. Есть ли ещё смысл надеяться и пробовать снова?

Она говорит, что молитва способна изменить мазаль человека и «протащить» шидух даже без единого шадхана. Даже тот, кому кажется, что ему суждено остаться одному, должен усилить молитву и подкрепить её благословениями праведников — и тогда он может выйти из прежнего мазаля. Она подчёркивает, что эти слова опираются на источники Торы и что ей самой они дали силы.

«Есть невероятная сила тфилы, способная внести шидух прямо через окно»

На довод «сказано же, что это трудно, значит, у меня нет шансов» Ребе отвечает, что у этой трудности в самом же Талмуде есть противовес: «по верблюду и поклажа» — сколько задано, столько и сил дано. Значит, возможность дана каждому: если человек пойдёт «путём мужчины, который ищет», он найдёт жену и найдёт добро. Ребе добавляет, что пишет это не для нравоучения, а буквально к действию, и просит не обижаться, что повторяет одно и то же письмо за письмом. В другом месте он приводит известное учение рабби Зуси из Аниполя: служению Всевышнему можно учиться у любого человека, даже у вора, — в частности тому, что, не преуспев с первого раза, тот пробует второй и третий; тем более это относится к шидухим, которые мудрецы назвали делом трудным, и само по себе то, что нужно много усилий, пугать не должно.

«По верблюду и поклажа — и тем самым каждому дана возможность»

В Новардоке учился бедный юноша Арье, из-за болезни сильно тучный и почти лежачий; товарищи собирали деньги на его лечение, и Стайплер однажды в Пурим полдня собирал для него в Пинске. После войны Стайплер считал его погибшим. Через годы рав Хаим случайно встретил в Ломжинской ешиве в Петах-Тикве человека, знавшего его отца по Новардоку, — это был тот самый Арье: сосланный в Сибирь, он выжил, женился, вырастил детей и вёл успешное дело. Стайплер сказал: его я назвал бы последним в списке тех, кто мог выжить.

«То, что человеку не удалось рано в жизни, не значит, что он не может преуспеть позже»