Шиддухим никак не идут — есть ли что-то конкретное, что я могу сделать?
Оба называют конкретные шаги, но оба отказываются превращать их в гарантию.
Двадцатисемилетнему бахуру, у которого все друзья уже с детьми, он сначала передал совет Хазон Иша проверить мезузы; когда софер нашёл их кошерными, он открыл с ним место в Гемаре: если человек видит, что молился и не был отвечен, — пусть вернётся и молится снова, а Раши там: не отступай, крепись и надейся снова. Он привёл и совет рава Хаима из Воложина: тому, чьи молитвы не отвечены, особенно стоит сосредоточиться во время повторения молитвы хазаном. На просьбу о гарантии он ответил, что он не пророк и гарантий не даёт и никогда не давал. Из конкретного он назвал шилуах а-кен как сгулу по Мидрашу и учёбу трактатов Швиит и Кала, а в заключение привёл слова Роша о том, что к больному приходят снова и снова именно потому, что каждый приход рождает новую молитву за него.
«я не пророк; я не даю и никогда не давал гарантий»
Работающему двадцатишестилетнему парню из хорошей семьи, у которого остался тяжёлый след от неудачной учёбы в ешиве, он предложил своего рода сделку: благословение на башерт в обмен на полчаса Гемары в день. Он сам нашёл ему хорошую хеврусу — аврех с прекрасными мидот — и уговорил начальника отпускать его на эти полчаса. Через неделю после начала учёбы предложили на редкость подходящую девушку, вскоре была помолвка; после помолвки он велел учиться ещё больше, и парень дошёл до полудня учёбы ежедневно. Отсюда два вывода: дополнительная мицва и возвращение к учёбе — заслуга для башерта, а любовь к учёбе сама не приходит: сперва нужно вложить труд и только потом чувствуешь сладость.
«полчаса Гемары каждый день»