Не потеряю ли я своё, если отдам время, силы или деньги другому?
здесь единогласно отвечают, что не потеряете, — и добавляют, что сама подвернувшаяся возможность помочь может быть способом дать вам ваше.
Она отправила свою домработницу к соседке, поправлявшейся после операции; подруга предупредила, что так работницы и уходят насовсем. Яффа ответила, что срок её работы решает Всевышний и Он не сократит его за то, что она помогает другому, — наоборот, от хеседа только приобретают. Сама она отметила, что несколько лет назад так чувствовать не смогла бы: этот взгляд появился от постоянного изучения эмуны.
«От хеседа мы только приобретаем»
Первая мысль при большом хеседе — «потрачу время на него и не успею своего». Этого страха не должно быть: кто делает хесед, получит хесед. Больше того, сама эта возможность вполне может быть способом дать вам то, чего вы иначе не получили бы.
«Кто делает хесед, получит хесед»
Биньямин оплатил всю свадьбу сестры, когда рухнул бизнес отца, а потом молча снёс публичное обвинение в воровстве от родственника. Именно эти два акта самопожертвования стали заслугой, благодаря которой женился его собственный ребёнок, у которого шансов почти не было: тот самый обидчик полгода искал ему шидух и нашёл.
«Эти два поступка и оказались заслугой, которой ему не хватало»
Он весь день ничего не ел и стоял в очереди за обедом ровно за те тридцать девять шекелей, что были при нём, когда незнакомец попросил у него сорок на дорогу. Рав отдал деньги, оплатил ему проезд и остался голодным. На следующий день у него украли бумажник — и позвонил тот самый человек: в автобусе кто-то оставил карту с фотографией рава, он прижал вора и вернул бумажник.
«Обстоятельства были устроены заранее, чтобы дать мне доступ к помощи»
Ему предложили выступить в шуле в пятницу вечером, и он сначала отказался: живёт далеко, тяжело идти домой пешком. Через несколько часов он перезвонил: разве можно упустить шанс вдохновить людей из-за долгой дороги? Именно на этом выступлении оказался юноша, дважды отказавшийся от шидуха с его дочерью, и был потрясён речью — а потом узнал, чей это отец.
«Как я могу упустить такой шанс из-за долгой дороги?»
Эли строил сукки для других, а на свою тратил несколько дней; в год, когда его младенца забрали в больницу и продержали до четверга перед праздником, времени не осталось совсем. У него мелькнула мысль: раз я строю чужие сукки, может, в этом году о моей позаботятся. В пятницу утром он обнаружил у себя на подъездной дорожке панели сукки — соседи взяли лишние у родителей, решив, что он не строит.
«В год, когда я не смог, сукка сама оказалась у моего порога»