Что на самом деле лежит в источнике романтической любви — и почему «я люблю» часто значит «я хочу»?

Один из крупных словарей определяет любовь как «половой инстинкт и его удовлетворение», и при внимательном рассмотрении источником романтической любви действительно оказывается физическое желание, как бы неромантично это ни звучало. Шопенгауэр писал, что всякая влюблённость коренится в одном лишь половом влечении, как бы эфирно она себя ни подавала; Ницше выразился ещё прямее, назвав любовь «одухотворением чувственности». Отсюда и подмена слов: страстные чувства несут в себе всепоглощающее желание обладать другим, и «я люблю тебя» становится синонимом «я хочу тебя». Это перекликается с определением Платона: любовь есть стремление вечно обладать прекрасным. Ирония в том, что Казанова, влюблявшийся часто, но никогда «вечно», объяснял своё поведение тем, что не желают того, чем уже владеют.

«Не желают того, чем уже владеют»