Почему скромность и святость считают основой еврейского дома, а не частной деталью?
Оба источника говорят об одном: святость и скромность — не украшение дома, а то основание, на котором он вообще стоит.
Он выводит это из главы Бехукосай: череда благословений завершается обещанием «и поставлю Мою святыню среди вас… и буду ходить среди вас». Кульминация благословений намекает на кдушу, таару и цниюс — именно они основания Б-жественной святыни и присутствия Шхины и в народе в целом, и в каждом человеке. Сказано «и будет стан твой свят», и мудрецы объясняют, что скромность и святость соблюдаются во всех областях: в речи и мысли, тем более в одежде и общем поведении.
«кдуша, таара и цниюс — основания Б-жественной святыни»
Он ставит вопрос прямо: как построить дом святости, если его корни заложены в грехе? Долгие встречи «в поисках чувств» наполняют голову тем, чему там не место, и Шхина в таком доме не обитает; расплачиваются за это семейными бедами. Во всех поколениях кдуша была для еврея основой — вплоть до самопожертвования: он вспоминает ребе Авраѓама-Элимелеха из Карлина с сыном, которые были убиты, отказавшись обнажиться, и девушек Бейс-Яаков из Кракова с их учительницами, принявших смерть, чтобы не быть осквернёнными. Коцкий Ребе связывал начало и конец Парашат Кдошим словами: пусть прольётся кровь — но останься свят.
«Пусть прольётся кровь — но останься свят»