Дети женятся — как мне заново определить себя и свою роль, а не жить только ими?

Она называет величайшей родительской жертвой — освободить своего ребёнка, чтобы он стал супругом и родителем. Но чтобы это было возможно, у самих родителей должна быть жизнь, независимая от детей: родитель без другой идентичности, без занятия и без выстроенных связей теряется ровно в тот момент, когда ребёнок женится и переходит на более самостоятельную ступень. Большинство родителей строят себя на родительстве и по праву надеются остаться родителями и дальше; обычно нужно время, но с пониманием, зрелостью и деликатностью они переписывают своё «служебное описание» и оказываются рядом с детьми, их супругами и внуками бережно и щедро, а не навязчиво.

«не навязчиво и не раздражающе»

Она говорит о том же как о смене сезона: стареть не значит становиться менее счастливой — это возможность войти в новое время и заняться другим. Можно позволить себе заботу о себе, которой не было, пока росли маленькие дети, и это не обязательно ежедневные процедуры: иногда достаточно побыть на солнце с книгой. В этом сезоне есть и новый сюжет — взяться за то, на что раньше не было возможности: писать, вышивать, развить в себе что-то своё. При этом она советует честно признать и принять, что такими, как молодая пара, мы, скорее всего, уже не будем.

«В этом времени жизни я вправе позаботиться о себе»

Она описывает себя по-прежнему нужной, но «в новой шляпе — короне»: она больше не обслуживает дочь, кроме как во время визитов, а похожа на мудрую королеву, которая ждёт, пока в ней возникнет нужда. Другой матери она напоминает, что чувства — это всего лишь мысли и они ничего не доказывают о реальности. А если дочь действительно отдаляется, матери тем более нужно оставаться спокойной и держать общение открытым, не удушая его своими эмоциями, — быть опорой, которая даёт и улыбается, чтобы дочь знала, где её найти.

«скорее как мудрая королева, ожидающая, когда во мне возникнет нужда»