Как травма, унаследованная от изгнания и Холокоста, сказывается на моём воспитании детей, и правда ли, что её признаки легко спутать с обычными проблемами поведения?
Унаследованная травма проявляется либо чрезмерным контролем и «удушающей» заботой, либо отстранённостью и нехваткой тепла, а её признаки действительно легко спутать с обычными поведенческими проблемами — здесь нужен специалист.
Евреи несут в себе травму, унаследованную от долгого изгнания и особенно от Холокоста; она нередко проявляется в отношениях с детьми — либо чрезмерным контролем и «удушающей» заботой, либо, наоборот, отстранённостью, недостатком объятий, поцелуев и словесного выражения любви. Часть того, что в общине принято считать просто «культурной нормой», на самом деле идёт от древней «аварийной» части мозга — то есть от страха, а не от осознанного выбора. Посттравматическое расстройство возникает после пережитого или увиденного опасного для жизни события, и его симптомы часто путают с обычными поведенческими проблемами, поэтому важно, чтобы разбирался специалист. Община в целом до сих пор несёт на себе травму после Холокоста.
«Мы, евреи, несём в себе много травмы, унаследованной от нашей истории и долгого изгнания»