Что стоило бы изменить в подготовке к браку в общине?

Спорят уже не о том, нужна ли структурированная подготовка, — многие ешивот и семинарии такие программы уже ведут; кто-то, правда, напоминает, что бабушки и дедушки ни на какие занятия не ходили. Один предложенный план — лишь один из возможных, другие предложат свои, так что у рава, ребе или учителя будет из чего выбирать. Важна оговорка: далеко не всякий достаточно квалифицирован, чтобы вести такие группы, и отбирать ведущих Рошей hа-ешива и менаhелим должны с той же осторожностью и даас Тора, что и во всём остальном. Критика будет, и эффективность доказать трудно — никто не знает, сколько разводов предотвращено, — но возможность предотвратить хотя бы один того стоит.

«возможность предотвратить хотя бы один развод уже делает это оправданным»

Обучение шалом байис даёт больше, чем сами браки. Это сильный инструмент кирува: взгляд Торы на семью резко отличается от той жалкой картины брака, которую предлагает мир, и короткие шиурим о шалом байис естественно ведут дальше — к занятиям по таарас hа-мишпаха. Это помогает и «кризису одиноких»: слушатели говорили ему, что понимание различий между мужчинами и женщинами и правильного подхода к встречам им очень пригодится. Он проверил это на себе: будучи немолодым холостяком, установил ежедневный седер по книгам о браке и нашёл ребе, который вёл его в шиддухим, — и меньше чем через год встретил жену. И третье: это профилактика для подростков в группе риска, ведь плохой шалом байис дома — один из главных факторов.

«изучение того, чего Всевышний хочет от нас в браке, — мощная сгула для встречи со своим башертом»

Семейное консультирование он считает насущной потребностью и призывает делать его доступнее. Элементы добрачного консультирования стоило бы включить в занятия для хатанов и калот, а после свадьбы организовать группы обсуждения. Цель проста: чтобы пары относились к этому серьёзно и обращались за помощью вовремя, избегая развода везде, где это возможно.

«занятия для калы и хатана включали бы и добрачное консультирование, и послесвадебные группы»

Она спрашивает, почему к самой важной работе — быть женой — девушек готовят наспех, в суматошные недели перед свадьбой, тогда как любой профессии учатся годами. Речь не о hалохос, а о том, как говорить о своих чувствах, знать свои нужды, слушать, делать и принимать комплименты, разрешать конфликты. Её предложение директорам и педагогам — ввести программу по общению, начиная с первого класса; это заметно уменьшило бы объём последующего «ремонта».

«Не будем ждать, пока брак превратится в пустыню, чтобы начать работать»

Выросло поколение, которое не умеет давать и нести чужое бремя: у бахура всё готово и бесплатно, а не понравился суп — он поднимет протест. В браке это рушится, и он не знает, как справляться, — поэтому руководство необходимо. Крайний пример: бахур пришёл на встречу со словами «у меня для вас двадцать минут», а после свадьбы у него не нашлось четырнадцати часов для жены. Изменилось и положение жены: сегодняшняя молодая женщина образованна, иногда больше мужа, и на его hалахическое решение спокойно скажет «откуда ты знаешь? спросим рава», — значит, и подготовка должна быть другой.

«Выросло новое поколение, которое не знает, что значит по-настоящему давать»